кружку.
   -- Президент колледжа не должен пить,-- проговорил он. --
  Это было бы дурным примером. Пожалуй, я избавил его от большого
  искушения.
   Каррас выпил. Он не поверил Дайеру. Слишком хорошо он знал
  президента. Это был очень тактичный и добрый человек. Дайер
  пришел, конечно, не только как друг, его наверняка просил об
  этом президент.
   Дайер старался изо всех сил: смешил Дэмьена, рассказывал о
  вечеринке и об актрисе миссис Макнейл, выдавал свежие анекдоты
  о префекте. Дайер пил немного, но стакан Карраса наполнял
  регулярно, и Дэмьен быстро опьянел. Дайер встал, уложил друга в
  постель и снял с него ботинки.
   -- Собираешься украсть... и мои ботинки? -- заплетающимся
  языком проворчал Каррас.
   -- Нет, я гадаю по ноге. А теперь замолчи и спи.
   -- Ты не иезуит, а вор-домушник.
   Дайер усмехнулся и, достав из шкафа пальто, накрыл им
  Дэмьена.
   -- Да, конечно, но кому-то ведь надо оплачивать счета.
  Все, что вы умеете делать,-- это греметь четками и молиться за
  хиппи на М-стрит.
   Каррас ничего не ответил. Дыхание его было ровным и
  глубоким. Дайер тихо подошел к двери и выключил свет.
   -- Красть грешно,-- вдруг пробормотал в темноте Каррас.
   -- Виноват,-- тихо согласился Дайер.
   Он немного подождал, пока