в-
  но, "дергунок".
   А нас высветило, как вьетнамца на том рисовом поле.
   Раздался звук, похожий на щелканье кастаньет: это, вычертив огнен-
  ным пунктиром дугу, в разбитые окна влетели и с неясным глуховатым стуком
  приземлились в углу крохотные, рассыпающие искры точки. Задетые ими табу-
  реты завертелись, издавая пронзительный визгливый скрип. Со звоном выско-
  чил ящик кассового аппарата, а затем, рассыпая мелочь и бумажки, касса раз-
  летелась. Я быстро пригнул голову, но жгучая оса (не знаю, что уж это было --
  может, кусок металла, а может, осколок стекла) раскроила мне левую щеку от
  уха до верхней губы. Обливаясь кровью, я упал на пол за стойку.
   Взрыв стряхнул с полок уцелевшие чашки, блюдца, тарелки и стаканы.
  Крыша закусочной целиком прогнулась внутрь, словно собираясь сложиться
  пополам; с потолка сыпались отлетающая облицовочная плитка, арматура, на
  которой крепились лампы, и куски металлических балок.
   Тогда-то я и понял: нам всем суждено погибнуть. Эти твари собирались
  нас уничтожить. Но я подумал про пистолет в руке Денниса и про лежащего у
  дверей Прайса. Если кошмар Прайса настиг нас, а удар бутылкой кетчупа что-
  то повредил у Прайса в черепушке, то единственным способом покончить с
  этим сном было убить Прайса.
   Я никакой не герой. Я чуть не уссывался со страху, но я знал, что я --
  единственный, кто в силах двигаться. Я вскочил, кое-как перелез через стойку,
  упал рядом с