ыла Лора Хатэвэй, приятная, симпатичная седая женщина
  лет пятидесяти с хвостиком.-- С Хэллоуином, Дэн! -- весело сказала она.
   -- Привет! С Хэллоуином.-- Он переступил порог и различил аромат ду-
  шистого вишневого трубочного табака, любимого табака Роя. На стенах у Ха-
  тэвэев висело несколько неплохих картин маслом, а мебель выглядела новехонь-
  кой.-- Что происходит?
   -- Мужчины внизу, в салоне,-- объяснила Лора.-- Небольшое ежегодное
  сборище.-- Она повела Дэна к другой двери, через которую можно было по-
  пасть вниз. При ходьбе Лора чуточку прихрамывала. Как понимал Дэн, не-
  сколько лет назад ей отхватило газонокосилкой часть пальцев на правой ноге.
   -- На улице столько машин... похоже, здесь весь Эссекс.
   Она улыбнулась, доброе лицо прорезали морщинки.
   -- Сейчас здесь действительно все. Ступайте вниз и чувствуйте себя, как
  дома.
   Дэн стал спускаться по лестнице. Внизу слышался сиплый голос Роя:
  "...золотые сережки Дженни, те, что с маленькими жемчужинками. Карл, в этом
  году ты отдаешь одного из новорожденных котят Тигрицы -- того, что с черны-
  ми пятнами на лапках,-- и топор, который ты купил на прошлой неделе в скобя-
  ной лавке. Фил, ему нужен один из твоих поросят и окра в маринаде, которую
  Марси убрала в буфет..."
   Когда Дэн добрался до подножия лестницы, Рой умолк. Салон, устлан-
  ный ярко-красным ковром (Рой болел за "Алый прилив"), заполняли мужчины
  эссекской