провода, точно труп
  линчеванного. Надо подумать, сказал себе Дэн. Разобраться. Понять, что к че-
  му. Задержать эту сволочь. Я должен его задержать. Нельзя пускать его сюда.
  Он взглянул на камин, почувствовал, как ужас с сокрушительной силой вновь
  обрушивается на него, и закричал: -- Боже милостивый! Надо перекрыть камин-
  ную трубу!
   Опустившись на колени, он сунул руку в трубу и закрыл заслонку. В ка-
  мине уже лежали приготовленные к первому холодному дню сосновые поленья,
  растопка и газеты. Дэн сходил на кухню, взял коробок спичек и положил его в
  нагрудный карман; когда он вернулся в комнату, Джейми плакала, а Карен
  крепко обнимала ее, приговаривая шепотом: "Ш-ш-ш, моя хорошая. Ш-ш-ш".
  Она внимательно наблюдала за мужем -- так, как следят за собакой с пеной на
  морде.
   Дэн притащил стул, поставил его примерно в десяти футах от входной
  двери и уселся, положив дробовик на колени. Ввалившиеся глаза обметало ли-
  ловыми кругами. Дэн посмотрел на свои новые часы; стекло неизвестно отчего
  разлетелось, стрелки отвалились.
   -- Дэн,-- сказала Карен... и тоже расплакалась.
   -- Я люблю тебя, милая,-- сказал он ей.-- Ты же знаешь, что я люблю вас
  обеих, верно? Клянусь, это так. Я не впущу его. Я не отдам ему то, чего он хо-
  чет. Ведь если я сделаю это, что он тогда заберет на будущий год? Я люблю вас
  обеих и хочу, чтобы вы помнили об этом.
   -- О Боже... Дэн.
   -- Они думают, я сделаю,