ая лапка-
  ми. Саломон ахнул по таракану пивной бутылкой, промазал, таракан пробежал
  по креслу вниз, очутился на полу и пулей метнулся к одной из трещин, которые
  во множестве тянулись вдоль плинтуса. У Саломона было выпирающее "пив-
  ное" брюхо и целый каскад подбородков, однако проворства он все еще не ут-
  ратил; во всяком случае, он оказался шустрее, чем ожидал таракан. Выскольз-
  нув из кресла, Саломон грузно протопал по комнате и придавил таракана но-
  гой, прежде чем насекомое сумело втиснуться в щелку.
   -- Гаденыш! -- негодующе кипел он.-- Ну, сволочь маленькая! -- Он пере-
  нес на ногу всю свою тяжесть, и раздавшееся хруп превратило его презритель-
  ную ухмылку в довольную усмешку.-- Что, взял я тебя за жопу, а? -- Он растер
  таракана по полу, точно это был окурок, и задрал ногу, чтоб полюбоваться
  итогом кровавой расправы. Таракана разорвало почти пополам, брюшко вда-
  вилось в половицы. Единственная лапка слабо подергивалась.-- Вот тебе, пара-
  зит! -- сказал Саломон... но не успел он договорить, как еще один черный тара-
  кан, выскочив из щели под плинтусом, побежал мимо своего мертвого товари-
  ща в противоположном направлении. Яростно взревев (крик этот сотряс тон-
  кие стены и грязное стекло в открытом окошке, выходящем на пожарную лест-
  ницу), Саломон погнался за ним, тяжело бухая ногами в пол. Второй таракан
  оказался проворнее и хитрее первого и попытался забраться под вытертый ко-
  ричневый коврик, лежавший