ух в квартире словно бы загустел; лоб Саломо-
  на блестел от пота, а футболка была в мокрых пятнах.-- Сам туда катись! Кого
  это ты посылаешь к черту? Вот приду, намылю жопу твою тощую, ты...-- Его
  внимание привлекло какое-то движение: по полу, точно надменный черный ли-
  музин, мчался таракан.-- Сукин сын! -- взвизгнул Саломон, в два прыжка до-
  гнал насекомое и обрушил на него башмак. Для таракана настал Судный День.
  Скрипя зубами, Саломон безжалостно давил. С подбородков капал пот. Хруп --
  и Саломон размазал внутренности насекомого по полу.
   Уловив уголком глаза еще какое-то движение, он обернулся -- сплошная
  стена живота -- и посмотрел на того, кого считал тараканом другой породы.--
  А тебе какого черта надо?
   Разумеется, Чико не ответил. Он на четвереньках вполз в комнату и те-
  перь сидел на корточках, слегка склонив набок непомерно большую голову.
   -- Эй! -- сказал Саломон.-- Хочешь поглядеть что-то занятное? -- Он ух-
  мыльнулся, показав гнилые зубы.
   Чико тоже осклабился. С мясистого смуглого лица глядели разные гла-
  за; один был глубоко посаженный, темный, а другой -- совершенно белый: мерт-
  вый слепой камушек.
   -- Взаправду занятное! Хочешь поглядеть? -- Саломон, продолжая ухмы-
  ляться, утвердительно качнул головой, и, подражая ему, Чико тоже ухмыльнул-
  ся и кивнул.-- Тогда иди сюда. Сюда, сюда.-- Он показал пальцем на желтые,
  поблескивающие тараканьи внутренности, лежавшие на