б пол. Вдруг что-то словно укусило его за палец, и, взвыв
  от боли, он уронил коробку обратно на стол; ящичек перевернулся, из него
  хлынули баночки и гримировальные карандаши.
  
   На пальцах Кэлвина, там, где по ним ударила захлопнувшаяся, точ-
  но клешня омара, крышка, остался багровый рубец. "Она меня укусила!" -
  подумал он, пятясь прочь от предмета.
  
   Серебряная рука поблескивала, согнув один палец, точно приглаша-
  ла.
  
   - Надо от тебя избавиться! - сказал Кэлвин, испуганно вздрогнув
  при звуке собственного голоса.- Если фараоны тебя найдут, я влип! - Он
  впихнул весь просыпавшийся грим обратно в футляр, закрыл крышку и преж-
  де, чем взять коробку в руки, с минуту испытующе смотрел на нее. Потом
  он пронес ее по коридору к черной лестнице, спустился в тянувшийся за
  домом узкий проулок и там затолкал в недра помойного бака, под старую
  шляпу, несколько пустых бутылок из-под "Бунз Фарм" и коробку от пончи-
  ков. Потом вернулся к таксофону и, трепеща, набрал телефон квартиры Дий-
  ни; номер не отвечал, и Кэлвин позвонил в "Клуб Зум". Трубку поднял бар-
  мен Майк. "Как делишки, Кэл?" На заднем плане играл музыкальный автомат;
  "Иглз" пели о жизни на скоростной полосе. "Нет, Кэл. Дийни сегодня рань-
  ше шести не появится. Извини. Может, хочешь оставить записку?"
  
   - Нет,- сказал Кэлвин.- Все равно спасибо.- Он повесил трубку и
  вернулся к себе, гадая, где черти носят Дийни. Кажется,