я остановившегося
  взгляда с того, что осталось от жены, покуда глаза не полезли из орбит.
  Черепную коробку распирало изнутри так, точно мозг вознамерился взор-
  ваться, а из прикушенной нижней губы тоненькой струйкой ползла кровь.
  "Мне холодно,- сказала ночью Сара голосом, прозвучавшим, как болезненное
  хныканье.- Мне холодно".
  
   А потом Брэд услышал собственный стон, отпустил простыню, шата-
  ясь, попятился к стене, споткнулся о свои теннисные туфли и с маху при-
  землился на пол. Опадая на скелет, простыня словно бы вздохнула.
  
   Снаружи гремел заглушенный туманом гром. Брэд уставился на кост-
  лявую ступню, которая торчала из-под нижнего края простыни, и увидел,
  как с нее на густой, длинный ворс зеленовато-бирюзового ковра, плавно
  покачиваясь, облетают хлопья мертвой высохшей плоти.
  
   Он не знал, сколько просидел так, глядя в одну точку и ничего не
  предпринимая. В голове мелькнуло, что, может быть, все это время он хи-
  хикал, или всхлипывал, или и то и другое, и Брэда чуть не стошнило. За-
  хотелось свернуться клубком и снова уснуть; он и в самом деле на нес-
  колько секунд закрыл глаза, но, когда вновь открыл их, в кровати
  по-прежнему лежал скелет жены, а раскаты грома слышались ближе.
  
   Не зазвони телефон у кровати, Брэд мог бы сидеть так до Судного
  Дня.
  
   Каким-то образом очутившись на ногах, он схватил трубку, стара-
  ясь не глядеть вниз, на череп