освечивала бледная кожа.-- Чашечку черного кофе и непро-
  жаренный...-- Черил уже пододвигала ему кофе, а мясо шипело на жаровне.--
  Экие вы нынче расторопные! -- сказал Деннис; то же самое он говорил всякий
  раз, как заглядывал к нам, то бишь почти каждый вечер. Занятно, какими при-
  вычками обзаводишься незаметно для себя самого.
   -- Ну, как там, снаружи, штормит помаленьку? -- спросил я, переворачи-
  вая мясо.
   -- Мать честная, не то слово! Тачку мою ветер мили три, не то четыре
  чуть не кувырком по шоссе гнал. Я уж думал, целоваться мне нынче вечером с
  мостовой.-- Деннис был рослым, крепким парнем тридцати с небольшим лет;
  над глубоко посаженными светло-карими глазами нависали густые светлые
  брови. У него была жена и трое ребятишек, и чуть что, Деннис живо раскиды-
  вал перед вами полный бумажник их фотографий.-- Не думаю, что сегодня мне
  придется гоняться за любителями скоростной езды. Зато аварий, небось, будет
  вагон и маленькая тележка. Черил, ты сегодня просто картинка, ей-Богу.
   -- И все-таки это все та же прежняя я.-- Черил отродясь не красилась --
  ни капли косметики, хотя было дело, пришла раз на работу со щеками красны-
  ми, что твой маков цвет. Она жила в нескольких милях от закусочной и, как я
  догадывался, выращивала там у себя ту чудную травку.-- Есть на дороге грузо-
  вики?
   -- Да видел несколько... но не так, чтоб много. Шофера не дураки. По
  радио говорят, до того, как получшеет,