-- Ночные пластуны,-- сказала Черил.
   Прайс обернулся к ней так, точно схлопотал пощечину, и я увидел, как
  в его глазах промелькнуло что-то очень похожее на страх.
   Черил показала на зажигалку, которую Прайс оставил на стойке рядом
  с пачкой "Кул". Это была видавшая виды серебряная зажигалка "Зиппо" с гра-
  вировкой "Ночные пластуны" над двумя скрещенными винтовками.-- Прости-
  те,-- сказала Черил.-- Я только что заметила это, и мне стало интересно, что
  оно означает.
   Прайс убрал зажигалку.
   -- Я был во Вьетнаме,-- объяснил он.-- В моем подразделении такую за-
  жигалку получал каждый.
   -- Эй,-- в тоне Денниса вдруг зазвучало уважение, которого не было
  раньше.-- Так ты ветеран?
   Прайс молчал так долго, что я уж подумал -- он не собирается отвечать.
  В тишине я услышал, как девчушка толкует матери, что жареная картошка "ку-
  сенькая". Прайс сказал: -- Да.
   -- Вот это да! Слышь, я и сам хотел пойти, но у меня была бронь... и по-
  том, к тому времени дела там все равно сворачивались. Ты бои-то видел?
   На губах Прайса промелькнула слабая, горькая, язвительная улыбка.
   -- Да уж насмотрелся, даже слишком.
   -- И кем же? Пехтура? Морская пехота? Рейнджеры?
   Прайс взял третью чашку кофе, отхлебнул и поставил чашку обратно.
  Он на несколько секунд прикрыл глаза, а когда снова открыл их, взгляд его
  был пустым, устремленным в никуда.-- "Ночные пластуны",--