, не ее, - возразил голос Рут. Она категорически отвергла эту попытку
  переложить вину. - Эта правильная девица несколько глуповата, и сейчас она
  сильно напугана, но в глубине души она хорошая, и у нее всегда наилучшие
  намерения. А намерения того, кто протащил эту литанию Норы, самые дурные,
  Джесси. Разве ты не видишь этого? Разве ты..."
   - Я ничего не вижу, потому что мои глаза закрыты, - ответила она дрожащим
  голосом. Она попыталась открыть глаза, но что-то заставило ее снова закрыть
  их, чтобы не ухудшить и без того свое отчаянное положение.
   "Тая кто же это, Джесси? Кто убедил тебя, что ты уродлива и никчемна? Кто
  решил, что Джералд Бюлингейм - твой принц из сказки? Кто убедил тебя, что он
  не только тот, кто тебе нужен, но и тот, кого ты заслуживаешь?"
   Огромным усилием воли Джесси выбросила этот голос - и все прочие голоса,
  как она надеялась, - из своей головы. И снова начала, теперь уже громко:
   - Один - ступня, пальчики, как зайчики: два - нога, длинная и стройная;
  три - киска, пушистая и игривая; четыре - розово-золотистые бедра; пять -
  упругий живот, там вся моя еда...
   Она не могла вспомнить ритмические периоды (это было хорошо, поскольку
  что она подозревала, что Нора выдумала все это сама, возможно, на основании
  публикаций в одном из иллюстрированных журналов, пытающихся объяснить
  клиенту все его проблемы, - эти журналы обычно лежали на ее кофейном столике
  в гостиной), поэтому остальное она стала просто перечислять:
   - Шесть - моя грудь, семь - мои