ъесть ее он не успел.
   - Это просто джунгли, - сказала Джесси своим потускневшим, хриплым
  голосом и поняла, что она не просто думает голосом Рут Нери: она и ощущать
  стала, как Рут, которая в их студенческие годы могла жить на диете из одних
  "Мальборо", если бы не было ничего другого.
   Голос Рут снова заговорил:
   "Помнишь ту песню Ника Лоу, когда ты вернулась домой после занятий по
  керамике прошлой зимой? Ты слушала и смеялась, помнишь?"
   Да, она помнила. Помнила эту песню Ника Лоу, в которой были слова вроде
  "Она была царицей удачи, теперь же стала обедом собачьим" - грустное
  размышление об одиночестве, посаженное на довольно прыткий, солнечный ритм.
  Да, Рут права, черт, это было смешно той зимой, но совсем не смешно сейчас.
   - Перестань, Рут, - простонала она. - Если уж ты поселилась во мне, имей
  хотя бы уважение и перестань подкалывать меня.
   "Подкалывать тебя? Джесс, милая, я тебя вовсе не подкалываю, я пытаюсь
  тебя разбудить!"
   - Наоборот, я не могу заснуть! - возразила Джесси раздраженно. На озере
  гагара снова крикнула, как бы в подтверждение. - Благодаря тебе, в какой-то
  мере.
   "Да нет же. Ты не просыпаешься - по-настоящему, я имею в виду - уже
  долгое время. Когда случается какая-то беда, знаешь, Джесс, что ты делаешь?
  Ты говоришь себе: "О, не надо об этом беспокоиться, это просто дурной сон.
  Они иногда бывают, но это не на самом деле, сейчас повернусь на другой бок,
  и все будет нормально". Вот что ты делаешь, Джесс, понимаешь?"