м, как с кобальтовой
  бомбой. Четырежды он попытался сбежать из-под опеки дядюшки Омара в
  непритязательную жизнь малых достижений и скромных удовольствий, в жизнь
  среднего обывателя. Теперь для этого утерян последний шанс. Если только он
  не струсит и не откажется от взваленной на него ответственности, разбив
  часы или забросив их в море. Сейчас, однако, даже думать об этом -
  безумие: как-то же, надо выкарабкиваться из того положения, в котором он
  очутился:
   У него снова оставалось пять минут. Кирби посмотрел на Бонни Ли и
  внезапно мощная волна желания поднялась в нем. Его влекло к этой девушке
  неудержимо, но в бурном порыве чувства появилось что-то новое, прежде
  небывалое. Год назад в Риме его тоже тянуло к женщине, которую звали Энди,
  тянуло ничуть не меньше, но тогда, издерганный неудачами, он весь
  находился в каком-то болезненном перенапряжении. Постоянное разочарование
  раздувало значение секса до размеров чудовищной преграды, взять которую
  становилось чуть не главным делом жизни. Все прочие стороны его
  существования были ущерблены и унижены: он мало о них думал. Душа его
  превратилась в непропорционального уродца с огромной головой и хилыми
  недоразвитыми членами, на все его дела и поступки легла печать
  неуверенности и неудачи. Теперь все встало на свои места. Значимость секса
  уменьшилась, в душе восстанавливалась гармония частей. Секс переставал
  быть манией. Из сферы