начинает стучать: тук-тук-тук - вот здесь, в горле, и, кажется, я
  вот-вот заплачу. Давай будем делать это медленно и нежно. И говори мне
  ласковые слова, а я их стану тебе повторять.
  
  
  
   10
  
   Кирби Винтер и Бонни Ли занимались любовью, по очереди спали в
  красном мире, вместе весело принимали душ, подшучивали друг над другом,
  устраивали бесконечные потасовки из-за мыла и полотенец - развлечения
  настолько несвойственные прежнему Кирби, что не оставалось никаких
  сомнений в его целительном перерождении. Раньше, замкнувшись в своем
  одиночестве, он по-пуритански судил подобные забавы, убеждая себя, что они
  по сути своей порочны и достойны справедливого наказания. Но неожиданно
  круг был разорван, он оказался окружен теплом и музыкой жизни. Не грязный
  порок, не безнравственное разложение увлекли его за собой, а захватил
  счастливый, радостный праздник естественности и чистоты, где каждая мелочь
  была восхитительным, но вместе и простым человеческим удовольствием.
   Подведя под свои чувства теоретический фундамент, он сформулировал
  это следующим образом. Бонни Ли, его чудная Бонни Ли обладала формами,
  цветом и фактурой плоти, привлекательной для всех органов чувств Кирби
  Винтера. Сам этот процесс академического изучения ее как объекта
  эстетической ценности нисколько, оказывается, не унижал в его сознании
  Бонни Ли. Он сумел выстроить и обратное рассуждение