цу. Что ж, прошу прощения.
   Продолжая пялиться на Бонни Ли, Вильма произнесла, старательно
  выговаривая слова:
   - В дейс-ствительности, моя дорогая, я весьтма рас-судительная.
   Бонни Ли вздохнула.
   - Ты, кажется, хотел поговорить с ней, милый. Не так ли.
   - Если это возможно.
   - Кто в этих свертках?
   - Рене и Рауль, мореплаватели.
   - Похоже, что с ними все в порядке. Посмотри, нет ли здесь где-нибудь
  кофе, Кирби.
   С этими словами Бонни Ли расправила юбку и решительно направилась к
  Вильме. Создавалось впечатление, что сейчас она, поплевав на ладони и
  закатав рукава, возьмется за какую-то работу. Так оно и произошло. Схватив
  Вильму в охапку и не обращая никакого внимания на возмущение и громкие
  негодующие протесты, Бонни Ли потащила сопротивляющуюся ношу в сторону
  спальни.
   А Кирби отправился выполнять ее указание. Найти ему удалось лишь
  банку растворимого кофе неизвестной марки. Кофе оказался темным и издавал
  сильный терпкий запах; на этикетке не значилось никаких указаний на то,
  какое воздействие он оказывает - расслабляет или бодрит. Из-за стены
  приглушенно доносились звуки возни, возмущенные возгласы и шум льющейся
  воды. Кирби подошел проверить Рене и Рауля. Они лежали неподвижно, но
  когда он наклонился, чтобы попробовать, крепко ли держат веревки, тут же
  принялись извиваться и мычать. Наверно, очень тяжело, противно и неудобно
  - валяться вот так, спеленутыми и