мог выскользнуть в коридор. Оказавшись снаружи, он
  напрягся и проделал обратную операцию. Закрыть ее на защелку он не смог,
  но прикрыл почти полностью. Еще несколько секунд реального времени он
  потратил на то, чтоб проверить двери, ведущие в остальные четыре каюты.
  Три из них оказались пусты, а четвертая - заперта.
   Несколько долгих минут Кирби провел в реальном времени, в любой
  момент готовый его остановить. Прислушиваясь к каждому шороху, он
  лихорадочно размышлял над тем, что теперь предпринять. Со стороны палубы
  не доносилось ни звука. Обдумав наконец свои действия, Кирби вернулся в
  красный мир. Дверь кают-компании, по-прежнему лишь притворенная, не
  представляла серьезной преграды. Костюм Джозефа, разложенный аккуратнейшим
  образом, покоился на стуле. Одного короткого взгляда в сторону дивана
  оказалось достаточно, чтобы Кирби понял, что он навсегда и бесповоротно
  освободился от одержимости Карлой. Пораженный увиденным, он поспешил
  отвести глаза. Сцена была безобразная и вместе с тем смотрелась до того
  нелепо, что так и тянуло улыбнуться, несмотря на стыд, неловкость и
  отвращение. Никогда бы Кирби не подумал, что со стороны это выглядит
  настолько непоэтично. Вспомнился почему-то дешевый балаган, где жалкие,
  несчастные, отвратительно размалеванные клоуны бессмысленно колотят друг
  друга по головам пузырями с водой. Больше всего поражала абсолютная
  серьезность и глубокая