ребуется. Так что торопиться некуда. Я видела, как вы смотрели, когда я
  ела.
   Она вышла в кухню и через пару минут вернулась с бутербродом и чашкой
  кофе.
   - Скажите... а... у Бонни Ли номер такой же, как у вас, мисс
  О'Шонэсси?
   - Меня зовут Лизбет. Лизбет Перкинс. Как вы говорите? Номер? О, не
  слишком ли вы старомодны, мистер Винтер? Ну и что из того, если она
  исполняет такой же номер, как и я? Она что, станет тогда недостойной вас?
   - Я просто спросил, - пробормотал Кирби.
   - Ну и ну, не беспокойтесь так сильно. Обычно степень, до которой
  нужно раздеваться, обратно пропорциональна прочим талантам. А у вашей
  подружки прелестный голос, и с каждым днем она поет все лучше. И двигается
  она прекрасно. Я вижу, реклама на улице огорчила вас. Бонни Ли она тоже не
  нравится. Правда, совсем по другой причине. Она попала в одну категорию с
  нами. А ведь она поет! Я вот и ноты различать не в состоянии. Занималась
  балетом, но какая балерина с моими формами! Эти идиоты с отвисшими
  челюстями не в состоянии понять, что я потратила не одну сотню часов,
  прежде чем мне удалось хорошенько отработать мой номер. Конечно, нельзя
  сказать, что пора меня записывать в книгу рекордов Гиннеса, мистер Винтер,
  но дуракам номер нравится. Мне, к тому же, неплохо платят, у меня
  прекрасное здоровье. Почему мои способности заслуживают осуждения, а
  умение загнать мячик в лунку битой с большого расстояния