и выглаженный костюм висел в шкафу, белье
  аккуратно лежало на полках. Оставшись один, Кирби вышел в солярий. Отсюда
  не было видно места, где он наткнулся на распростертую на спине Карлу, но
  прикинув, он рассчитал, что оно, должно быть, находится футов на сорок
  правее. Он взглянул вниз. Маленькие коричневые фигурки лежали на ярких
  лежаках рядом с купальными кабинками, напоминая манекены, ожидающие
  прихода декоратора.
   Кирби вернулся в комнату и подошел к большой вазе с фруктами. При
  одном взгляде на нее тотчас вспомнилась Карла. Он выбрал одну грушу; она
  оказалась такой огромной и сочной, какой он прежде никогда не видывал.
  Чтобы справиться с ней, не испачкав себя и все вокруг, пришлось
  отправиться в ванную. Он ел грушу, наклонясь над круглой стальной
  раковиной. Очертания раковины снова напомнили ему о Карле. Впиваясь зубами
  в плод, он представлял соблазнительные очертания ее фигуры. Даже глядя на
  собственное отражение в зеркале, он видел перед собой Карлу. Наконец, он
  вытер полотенцем вспотевшее лицо и подошел к кондиционеру освежиться.
   В недрах отеля, в лабиринте баров, кафе и ресторанов, Кирби,
  спустившись, отыскал гриль, где заказал себе бифштекс и кофе. Был уже
  пятый час. Усевшись за столик, он попытался собраться с мыслями и,
  вспомнив в подробностях все, что с ним произошло за последнее время,
  сделать окончательные выводы. В этом, он никогда не был силен.