деревья все больше напоминали молчаливых часовых, застывших
  навытяжку над черной стоячей водой. Еще немного, и я начну разглядывать их
  лица, подумала Триша. Проходя мимо одного из этих деревьев (ни одной кочки
  не было в радиусе тридцати футов), она споткнулась о скрытый водой корень
  или ветвь и во весь рост шлепнулась в воду. Набрала полный рот грязной,
  вонючей воды, с криком выплюнула ее. Сквозь слой воды она могла видеть свои
  руки. Желтоватые и распухшие, как у утопленника. Вытащила их из воды,
  подняла.
   - Я в полном порядке, - вырвалось у Триши. Она словно поняла, что
  Пересекла некую очень важную границу. Оказалась в чужой стране, где совсем
  другой язык и странные деньги. Все переменилось. Но... - Я в полном порядке.
  Да, я в полном порядке. - И рюкзак остался сухим. А это главное, потому что
  в нем лежал ее "Уокмен". Он, и только он, связывал ее миром людей.
   Грязная, в промокшем спереди свитере, Триша продолжала путь. Следующим
  ориентиром стало сухое дерево с расщепленным посередине стволом, черная
  буква У на, фоне заходящего солнца. Триша направилась к дереву. Поравнявшись
  с кочкой-островком, искоса глянула на нее и прошла мимо, по воде. Чего
  забираться на нее? По воде быстрее. Отвращение, которое она поначалу
  испытывала, когда ее ступня погружалась в холодный ил, притупилось. Если
  другого выхода нет, привыкнуть можно ко всему. Она уже уяснила для себя эту
  истину.
   Вскоре после того, как Триша плюхнулась в воду, она начала проводить
  часть времени