ъяснить, откуда у нее возникли такие ассоциации.
   - Том. Посмотри! - Смеясь, она указала на бобров. - Посмотри на воду! Они
  плывут! Какая прелесть!
   Полдюжины букв V образовались на гладкой поверхности пруда, и с каждым
  мгновением расстояние между бобрами и девочкой увеличивалось. Пошла своим
  путем и Триша. Теперь она держала курс на большую кочку, целый остров,
  заросший темно-зелеными папоротниками, торчащими во все стороны, словно
  взъерошенные волосы. На этот раз она двигалась не по прямой, а по широкой
  дуге. Увидеть бобров - это здорово (полный отпад, как сказала бы Пепси), но
  у нее не было ни малейшего желания столкнуться с плывущим под водой бобром.
  Она видела достаточно картинок бобров, чтобы знать, какие у них большие
  зубы. И какое-то время Триша вскрикивала всякий раз, когда ее ноги касалась
  водоросль или затонувшая ветка, в уверенности, что это Главный Бобер (или
  один из его верноподданных). Конечно же они хотели, чтобы она
  незамедлительно покинула их владения.
   Оставив хатки бобров по правую руку, она с каждым шагом приближалась к
  зеленому острову, и в какой-то момент сердце у нее учащенно забилось: а ведь
  на нем росли не просто папоротники. Три весны подряд она с матерью и
  бабушкой собирала молодые листья орляка, еще закрученные в тугие "завитки".
  И в ней крепла уверенность, что на острове-кочке растет именно орляк. В
  окрестностях Сэнфорда орляк начали собирать чуть ли не месяц назад, но ее
  мать говорила, что на северо-западе сезон сбора орляка