Девочка полежала, пока рассвет не набрал ход. А когда уже смогла
  различить висевшую над ней тучу мошкары, медленно поднялась. Постояла, чтобы
  понять, удержат ли ее ноги и откажутся ей служить.
   Если откажутся, я поползу, подумала Триша, но ползти ей не пришлось, пока
  не пришлось: ноги держали. Она вновь наклонилась, чтобы подхватить рюкзак. А
  когда разогнулась, закружилась голова, перед глазами появилась эскадрилья
  больших черных мух. Наконец они разлетелись, и Триша смогла закинуть рюкзак
  за спину.
   Тут возникла новая проблема: в какую сторону ей идти? Уверенности у нее
  не было: дорога одинаковая, что в одном направлении, что в другом. Триша
  встала лицом к одной колее, спиной к другой. Посмотрела направо, потом
  налево. Ее нога что-то задела. Триша опустила глаза. Ее "Уокмен", мокрый от
  росы. Проводки намотаны на корпус, наушники в углублениях. Значит, ночью она
  все-таки достала его из рюкзака. Триша наклонилась, подняла плейер,
  уставилась на него. Снова надо снимать рюкзак, открывать его, класть в него
  "Уокмен"? Слишком тяжелая работа, все равно что сдвигать гору. С другой
  стороны, и выбрасывать плейер - не дело, все равно что признать свое
  поражение.
   Триша стояла минуты три, а то и больше, глядя на маленький плейер. От
  высокой температуры ярко блестели глаза. Выбросить или оставить? Что ты
  решила. Патриция? Ты согласна на набор кухонной посуды или продолжишь
  борьбу, попытаешься выиграть автомобиль, норковую шубу, поездку в Рио? Ей
  пришла в голову