ов, затраченных во время долгой
  зимы, есть-то еще особо нечего. Беги. Может, я дарую тебе жизнь.
   Да, бегу, подумала Триша, и тут же раздался ледяной голос наглой
  паршивки: "Ты не можешь бежать, сладенькая. Ты едва держишься на ногах".
   Существо, похожее на медведя, стояло, не сводя с нее глаз, подрагивали
  уши, отгоняя кровососов, висевших над головой, поблескивала густая шерсть на
  боках. Укоротившийся обломок ветви он все держал в костистой руке. Челюсти
  медленно двигались, из пасти вываливались щепки. Некоторые падали на
  хардпэн, другие прилипали к морде. Из глаз что-то текло. В лужицах под ними
  шла своя жизнь: мокрецы, личинки мух и комаров и еще бог знает кто
  ворочались в этом живом супе, напомнив Трише о болоте, которое ей удалось
  пересечь.
   Я убил лосенка. Я следил за тобой. Я очертил вокруг тебя круг. Беги от
  меня. Помолись своими ногами и, возможно, я дарую тебе жизнь.
   Леса молчали, окутывая их запахом сочной зелени. Воздух, проходя в легкие
  Триши и обратно, скреб по воспаленному горлу. Существо, похожее на медведя,
  пренебрежительно взирало на нее с высоты семи футов. Его голова упиралась в
  небо, а когти держали землю. Триша пристально посмотрела на существо, снизу
  вверх, и поняла, что она должна сделать.
   Довести игру до победного конца.
   Том сказал ей, что у Бога вошло в привычку появляться на поле во второй
  половине девятого иннинга. В чем секрет удержания победного счета? Доказать,
  кто на поле лучший. Возможно, тебя и одолеют.., но ты должен выложиться