ы
  (отвратительные, поганые насекомые). Долбил дерево дятел. Где-то далеко
  каркала ворона. А еще дальше, на границе слышимости, жужжал самолет. Никаких
  голосов с тропы. Ни единого голоса. Словно тропа, ведущая в Норт-Конуэй,
  провалилась сквозь землю. А когда жужжание самолета окончательно затихло,
  Триша смирилась с тем, что придется взглянуть правде в глаза.
   Она поднялась. На каждую ногу подвесили по гире, неприятная тяжесть
  чувствовалась и в животе. Голова стала напоминать наполненный легким газом
  шар, привязанный к свинцовой плите. Триша осознала, что находится в полном
  одиночестве, начисто отрезанная от себе подобных. Каким-то образом она
  перешла границу, покинула игровое поле и очутилась в таком месте, где
  правила, по которым она привыкла жить, больше не действовали.
   - Эй! - закричала Триша. - Эй, кто-нибудь, вы меня слышите? Вы меня
  слышите? Эй! - Она замолчала, в надежде услышать ответ, не услышала и в
  отчаянии завопила:
   - Помогите мне, я заблудилась! Помогите, я заблудилась!
   Глаза наполнились слезами, и Триша больше не могла их сдерживать, не
  могла убеждать себя, что ситуация по-прежнему под контролем. Голос задрожал,
  в нем появились плаксивые нотки ребенка, а затем он превратился в вопль
  забытого в колыбельке младенца. И этот вопль, пожалуй, нагнал на Тришу
  больше страха, чем все случившееся за это неудачное утро, потому что о
  присутствии человека в окружающем ее лесу свидетельствовал только ее
  плачущий, пронзительно-вопящий голос,