Они похрустывали под кроссовками Триши, и ей казалось, что она
  идет по разбитым тарелкам. Шагала она все медленнее, а в десяти футах от
  обрыва присела и поползла на четвереньках. Я в полной безопасности, мне
  ничего не грозит, потому что я знаю, где я и что ждет меня впереди,
  волноваться не о чем, убеждала она себя, но ее сердце так и норовило
  выскочить из груди. Когда же она еще приблизилась к краю, с ее губ сорвался
  нервный смешок, потому что обрыва как такового уже и не было. Ущелье
  по-прежнему уходило вдаль, но теперь Триша уже не смотрела на него сверху
  вниз. Перепад высот значительно уменьшился, однако раньше Триша этого не
  заметила, потому что голова у нее была занята другим: найти бы бегущую воду,
  сохранить самообладание, не поддаться панике. Все так же на четвереньках она
  добралась до самого края и посмотрела вниз.
   До дна ущелья двадцать футов. И не отвесной стены, а крутого, но все-таки
  склона, на котором росли кособокие деревья, островки черники, кусты ежевики.
  И груды мелкого камня между ними. Ливень прекратился, гром гремел
  далеко-далеко, по дождик продолжал моросить, так что груды мокрого камня
  напоминали выброшенную из шахты пустую породу.
   Триша чуть отползла от края, встала и сквозь кусты направилась к журчащей
  воде. Начала сказываться усталость, ноги гудели, но в принципе она
  чувствовала себя неплохо. Боялась, конечно, но уже не так, как раньше. Ее
  найдут. Заблудившихся в лесу людей находили всегда. На их поиски посылали
  самолеты