ь, и выдала
  команду на этот столь необычный для Триши вопрос?
   - Бог. - Ларри Макфарленд лизнул мороженое. - Бог, значит... Бог... - И
  глубоко задумался. Триша молча сидела по другую сторону пластмассового
  столика, смотрела на маленький двор (траву давно следовало скосить). Я скажу
  тебе, во что я верю, - наконец заговорил он. - Я верю в Неслышимого.
   - В кого? - Триша вскинула глаза на отца, не уверенная, шутит он или нет.
  Вроде бы не шутил, говорил на полном серьезе.
   - Неслышимого. Помнишь наш дом на Открытой улице?
   Разумеется, она помнила дом на Открытой улице. В трех кварталах отсюда,
  около Линн-таун-лайн. Дом побольше этого, и двор побольше. Там отец всегда
  скашивал траву вовремя. Тогда она ездила в Сэнфорд, чтобы навестить дедушку
  и бабушку да на летние каникулы, и с Пепси Робишо общалась только летом. В
  кухне дома на Открытой улице не стоял запах пива, как в кухне этого
  маленького домика. Триша кивнула, потому что помнила очень даже хорошо.
   - В том доме электрический обогрев. Ты помнишь, как гудели
  обогревательные блоки, даже когда они ничего не грели? Даже летом?
   Триша покачала головой, а ее отец кивнул, словно и не ожидал другого
  ответа.
   - Все потому, что ты к этому привыкла, - пояснил он. - Но, поверь мне на
  слово, Триша, они гудели всегда. Даже если в доме не стоят электрические
  обогревательные блоки, там слышны другие звуки. Холодильник включается и
  отключаются. Гудят трубы. Скрипит пол. С улицы доносится шум проезжающих
  автомобилей. Мы