, что на-
  рушать так нарушать, налил еще. Эту дозу поставил на столик у койки и
  снова лег.
   Виски сделало свое дело - никогда я не устану повторять, что в ка-
  честве смазки для заржавевших мозгов нет ничего, равного виски. После
  пятиминутного лежания на спине и бессмысленного глазения в потолок до
  меня вдруг дошло. Дошло внезапно, зримо, как озарение, и я ни на секунду
  не усомнился, что прав. Приемник! Приемник, который перехватил радиог-
  рамму. Не было никакого приемника! Господи, да только слепец вроде меня
  мог не допереть до этого. Не было, конечно, никакого приемника. Было
  нечто совсем иное. Я рывком сел в кровати, чувствуя себя Архимедом, выс-
  какивающим из ванны, и взвизгнул от боли, будто раскаленным клинком
  пронзившей мне шею.
   - Вы часто подвержены таким судорогам или это вообще ваше обычное
  времяпрепровождение в одиночестве? - полюбопытствовал заботливый голос
  со стороны двери. У входа, в белом шелковом платье с квадратным вырезом,
  стояла Сьюзен Бересфорд. Ироническое выражение ее лица не скрывало тре-
  воги. Так глубоко я ушел в себя, что даже и не заметил, как отворилась
  дверь.
   - Мисс Бересфорд, - правой рукой я потер шею. - Что вы здесь делаете?
  Вы знаете, что пассажирам запрещено заходить в каюты офицеров.
   - Нельзя? А мне казалось, что мой отец неоднократно тут болтал с вами
  во время прошлых поездок.
   - В отличие от вас отец ваш не молод, не принадлежит к женскому полу
  и состоит в браке.
   - Фи, - она шагнула в