жение позволяло ему
  приказывать другим совершать для него убийства.
   - Благодарю вас, - сказал капитан Буллен. - Мистер Каррерас, через
  несколько часов мы будем в Нассау. К полуночи на борт поднимется поли-
  ция. Желаете вы сейчас что-нибудь сказать или предпочитаете иметь дело с
  полицией?
   - У меня покалечена рука, - Мигель Каррерас говорил хриплым шепотом.
  - Указательный палец раздроблен, его придется ампутировать. Кому-то при-
  дется за это заплатить.
   - Я рассматриваю это как ваш ответ, - спокойно констатировал Буллен.
  - Отлично. Боцман, четыре линя, будьте любезны. Я хочу, чтобы их спеле-
  нали как младенцев.
   - Есть, сэр! - боцман сделал шаг вперед и застыл как вкопанный.
  Сквозь открытую дверь донесся громкий отрывистый перестук, в котором бе-
  зошибочно можно было угадать автоматную очередь. Звук исходил откуда-то
  сверху, с мостика. И тут погас свет.
  
   Мне показалось, что я двинулся первым, мне даже показалось, что вооб-
  ще я единственный двинулся. Шагнул вперед, захватил левой рукой шею Тони
  Каррераса, уткнул кольт ему в спину и тихонько сказал:
   - И не думай чего затеять, Каррерас. Снова повисла тишина. Она все
  тянулась и тянулась, хотя, вполне возможно, это продолжалось всего-то
  несколько секунд. Закричала женщина, короткий, задыхающийся вскрик пере-
  шел во всхлипывание - и снова тишина, внезапно сменившаяся грохотом,
  хрустом и звоном. Какие-то тяжелые металлические предметы с удивительной
  синхронностью крушили стекла выходящих