еловека, который бы не
  любил поболтать дружески, весело и предпочтительно о собственных досто-
  инствах. А первым партнером для поддержания подобной беседы неизменно
  оказывался сидящий во главе стола офицер.
   Я осмотрелся, желая угадать, кто первый закрутит шарманку. Миссис
  Харбрайд - настоящая ее скандинавская фамилия была совершенно непроизно-
  симая - худая, костлявая, прямая, как жердь, шестидесятилетняя дама,
  сколотившая состояние на безумно дорогих и до изумления бесполезных кос-
  метических средствах, которые благоразумно предпочитала не употреблять
  сама? Мистер Гринстрит, ее муж, бесцветная личность с серым, невырази-
  тельным лицом, женившийся на ней по одному богу известной причине, буду-
  чи сам весьма состоятельным человеком? Тони Каррерас? Его отец, Мигель
  Каррерас? За моим столом, вместе с Кертисами, которых, как и Гаррисонов,
  столь неожиданно отозвали из Кингстона, всегда сидело шестеро, но сейчас
  старик на коляске к общему столу не выходил, а ел в каюте в компании
  своих сиделок. Четверо мужчин и одна женщина - неудачное соотношение за
  столом.
   Первым заговорил Мигель Каррерас.
   - Цены "Кампари" совершенно чудовищны, мистер Картер, - он спокойно
  раскурил свою сигару. - Грабеж на большой дороге - только так их можно
  назвать. С другой стороны, кухня соответствует рекламе. У вашего шефа
  божественный дар.
   - "Божественный", сэр, пожалуй, самое точное слово. Искушенные путе-
  шественники, которые останавливались в лучших отелях