бе стороны Ат-
  лантики, утверждают, что Антуану нет равных ни в Европе, ни в Америке.
  За исключением, возможно, Энрике.
   - Энрике?
   - Нашего второго шефа. Его вахта завтра.
   - С моей стороны, пожалуй, невежливо, мистер Картер, давать оценку
  правдивости рекламы "Кампари"? - судя по улыбке, фраза не таила никакого
  подвоха.
   - Напротив. Но лучше всего это сделать через двадцать четыре часа.
  Энрике вас убедит скорее, чем я.
   - Один-ноль в вашу пользу, - он снова улыбнулся и протянул руку к бу-
  тылке "Реми Мартэна". Во время кофе официанты исчезали из зала. - А как
  насчет цен?
   - Они ужасны, - я говорил так всем пассажирам, и всем это, по-видимо-
  му, нравилось. - Мы предлагаем то, что не может предложить ни один ко-
  рабль в мире, но цены у нас все же скандальные. Мне говорили это пример-
  но десять человек из присутствующих здесь. Кстати, большинство из них по
  меньшей мере третий раз на борту.
   - Вы можете убедить любого, мистер Картер, - вмешался Тони Каррерас.
  Говорил он именно так, как и можно было ожидать: неторопливо, взвешивая
  каждое слово, низким, звучным голосом. Он посмотрел на отца: - Помнишь
  список очередников в конторе "Голубой почты"?
   - А как же. Мы были в самом низу списка, и какого списка. По крайней
  мере, половина всех миллионеров Центральной и Южной Америк. Нам просто
  повезло, мистер Картер, что мы единственные смогли воспользоваться столь
  внезапно представившейся возможностью после отъезда с Ямайки наших пред-
  шественников