снова, громче.
  Уайт подле меня весь кипел от негодования и неодобрения. Я не обращал на
  него внимания и уже заносил руку для нового, серьезного удара, когда ус-
  лышал шаги, и неожиданно дверь распахнулась внутрь.
   Дверь открыла та сиделка, что покороче, - толстушка. На голове у нее
  был напялен ветхозаветный белый полотняный чепчик с ленточками, одной
  рукой она придерживала края большого шерстяного пледа, открывавшего лишь
  носки шлепанцев. Комната у нее за спиной тонула в полумраке, но я успел
  заметить, что там находятся две кровати, одна из которых измята. Свобод-
  ная рука, которой сиделка усиленно терла глаза, делала вывод о ее вре-
  мяпрепровождении очевидным.
   - Приношу вам искренние извинения, мисс. Не предполагал, что вы спи-
  те. Я старший помощник капитана этого корабля, а это мистер Каммингс,
  начальник хозяйственной службы. Пропал наш старший стюард. Возможно, вы
  что-нибудь видели или слышали и это могло бы нам помочь.
   - Пропал? - она крепче ухватилась за свой плед. - Вы имеете в виду...
  вы имеете в виду, что он исчез?
   - Скажем проще: мы не можем его найти. Можете вы нам помочь?
   - Не знаю. Я спала. Видите ли, - объяснила она, - мы по очереди дежу-
  рим по три часа у постели мистера Сердана. Ему необходим постоянный
  присмотр. Я пробовала немного уснуть, прежде чем сменить мисс Вернер.
   - Прошу прощения, - повторил я, - так вы ничего не можете нам ска-
  зать?
   - Боюсь, что нет.
   - Может быть, ваша подруга, мисс Вернер, сможет?