не потерял своего горского акцента, было
  что-то неуловимо обнадеживающее. Скорее всего эффект заключался в полном
  отсутствии в его интонации возбуждения или удивления. Макдональд никогда
  и ни по какому поводу не бывал возбужден или удивлен. Для меня он был
  больше, чем просто верной опорой, это был самый важный человек на палубе
  корабля. И самый незаменимый. - Вы уже обыскали каюты пассажиров и стю-
  ардов?
   - Да. Без толку. Возьми людей, не важно - с вахты или свободных, и
  прочеши все палубы. В такое время там отирается множество матросов. Про-
  верь, не видел ли кто из них Бенсона или вообще что-нибудь необычное.
  Может, он заболел, может, упал и стукнулся. По моим данным, он на борту.
   - А если мы ничего не найдем? Снова проклятый обыск, так я понимаю,
  сэр?
   - Боюсь, что да. Сможешь управиться за десять минут?
   - Вне всякого сомнения, сэр.
   Я повесил трубку, позвонил вахтенному механику, распорядился прислать
  людей на пассажирскую палубу, опять связался с Томми Вильсоном, затем
  попросил соединить меня с капитаном. Пока ожидал, мисс Бересфорд снова
  одарила меня улыбкой, сладчайшей, но в которой, по моему мнению, было
  слишком много ехидства.
   - Господи, - восхищенно сказала она. - Какие мы деловые! Звонок туда,
  звонок сюда, четкие распоряжения. Генерал Картер готовит свою кампанию.
  Старший помощник открывается мне новой стороной.
   - Такая большая и ненужная суматоха, - согласился я. - И все из-за
  какого-то стюарда. Только дело в том,