Кровоизлияние в мозг.
  Крупное. В его-то годы. Сколько ему было, Джон?
   - Сорок семь или восемь. Что-то в этом роде.
   - Сорок семь. Всего сорок семь, - он покачал головой. - Все моложе и
  моложе люди уходят. Вот к чему приводят эти постоянные стрессы.
   - А эта откинутая рука, доктор, - спросил я, - она ведь тянулась к
  телефону? Вы думаете...
   - К сожалению, это лишь подтверждает мой диагноз. Почувствовал приб-
  лижение этой пакости, пытался позвать на помощь, но все произошло слиш-
  ком быстро. Бедный красавчик Броунелл! - он повернулся и заметил стояв-
  шего в дверях Буллена. - А, вот и вы, капитан. Плохие дела, плохие дела.
   - Плохие дела, - угрюмо согласился Буллен. - Мисс Бересфорд, вам
  нельзя здесь находиться. Вы замерзли и дрожите. Сейчас же идите к себе в
  каюту, - когда капитан Буллен говорил таким тоном, все бересфордовские
  миллионы переставали что-нибудь значить. - Доктор Марстон позднее даст
  вам снотворное.
   - Возможно, мистер Каррерас будет так любезен, - начал я.
   - Конечно, - Каррерас понял меня с полуслова. - Для меня большая
  честь проводить юную леди до ее каюты, - он с легким поклоном предложил
  ей руку. Она ухватилась за нее, не скрывая радости, и они удалились.
   Спустя пять минут в радиорубке все было приведено в порядок. Питере
  сел на место покойника, доктор Марстон вернулся к своим миллионершам,
  светскую болтовню с которыми он регулярно перемежал принятием дозы забо-
  ристого напитка, капитан отдал мне распоряжения,