ием сказал я. - Но будем надеяться, все
  будет в порядке.
   - Что вы имеете в виду?
   - Вы знаете старого доктора Марстона так же хорошо, как и я, сэр.
   У него в жизни две страсти: ямайский ром и вечное желание показать,
  что он всегда в курсе всего, что ни происходит. Опасная комбинация. По-
  мимо Макилроя, Каммингса, вас и меня, единственный человек, кто знает,
  что Броунелл умер неестественной смертью, это боцман, а он никогда не
  проболтается. Доктор Марстон - совсем другое дело.
   - Пусть вас это не волнует, мой мальчик, - несколько самодовольно ус-
  покоил меня Буллен. - Я предупредил нашего уважаемого доктора, что если
  он хотя бы возьмется за стакан с ромом до нашего прихода в Нассау, то
  через неделю уже будет списан на берег, и никакой лорд Декстер ему не
  поможет.
   Я попытался представить себе, как кто-то говорит нашему почтенному
  аристократу-доктору нечто подобное, но рассудок мой не отважился на та-
  кое кощунство. Но старик Буллен был назначен коммодором компании не за
  здорово живешь. Я был уверен, что он сделал все в точности так, как зая-
  вил.
   - Он не снимал с Броунелла одежду? - поинтересовался я. - Рубашку, в
  частности?
   Коммандос - диверсионно-десантные отряды специального назначения.
   - Нет. А какое это имеет значение?
   - Это всего лишь предположение. Просто тот, кто душил Броунелла, дол-
  жен был упираться пальцами ему в шею сзади. Мне кажется, сейчас полиция
  может снимать отпечатки пальцев даже с некоторых сортов ткани.