наполовину, в ней
  начали образовываться едва заметные иглы, похожие на кристаллы льда в
  замерзающей воде. Он приготовил кронциркуль.
   Поверхность жидкости в чашке начала приобретать фиолетовую окраску.
  Острыми концами кронциркуля он коснулся поверхности, поднял кронциркуль
  вверх, покрутил его, поднес к носу. Между остриями кронциркуля ничего не
  было видно.
   Он надул щеки, потом сделал осторожный выдох. Наблюдая за ходом процесса,
  он касался рукой чашки. Она была теплой, почти горячей. Если его расчеты
  верны, температура должна быть около девяносто восьми градусов по Цельсию,
  почти точка кипения воды. Огнеупорная чашка должна выдержать.
   Джон потрогал ножки кронциркуля. Они не раздвигались! Значит, что-то
  невидимое держало их. Он посмотрел на кривую бронзовую шкалу - угол между
  ножками с начала эксперимента уменьшился на целых три градуса. Все
  правильно, он так и думал, что материал даст усадку при отвердении. Если
  ножки закрепить, нить растянется и станет еще тоньше.
   Все шло нормально. Оставалось только провести испытание. Он провел
  кронциркулем над краем стола, параллельно его поверхности, убрал
  кронциркуль. Ничего! Никакого сопротивления, никаких усилий - ничего. Он
  дотронулся пальцем до кромки стола, и ему на колени упал аккуратно
  отрезанный кусок дерева. Поверхность среза была такой ровной, как будто ее
  обработали рубанком. И только теперь он выдохнул воздух.