хлеба сиротливо сохли две сморщенные маслины и ломтик лимона. Драчун нажал
  на маслину, выдавил маленькую красную косточку.
   Он налил на сковородку любимого матерью оливкового масла двойной очистки,
  добавил сливок, разбил последние шесть коричневых яиц, специально
  поставляемых в дом фермером. За миксером идти не хотелось, и Драчун взбил
  смесь вилкой. Пока жарилась яичница, он отрезал четыре ломтя пшеничного
  хлеба, поджарил тосты, приготовил бутылку с соусом, достал банку кока-колы.
  Драчун не нуждался в помощи, он сам мог прекрасно приготовить себе завтрак.
   Он устроился за столом и начал есть прямо со сковородки, включил
  стереоприемник и настроил его на станцию, передающую рок-музыку. Он знал,
  что матери это не нравится, поэтому установил ручку на полную громкость.
   Работая вилкой, он открыл журнал для молодежи. На центральной вкладке
  были две бабенки, одна жилистая, как мальчишка, вторая с огромной грудью.
  Тощая плашмя лежала на спине, над ней нависла пышнотелая напарница. По их
  глазам было ясно, чем они намерены заниматься. Обе они немного напоминали
  Надю и эту новенькую, только лица другие.
   Так, надо подумать. С Надей у него ничего не получается, хотя он делал
  несколько заходов. Она была чуть старше его, он был сыном ее начальника. А
  может быть, она лесбиянка? Может, она работает с этой новенькой? Драчун
  почувствовал интерес.
   А вдруг Надя любит работать с парой? Он совсем недавно узнал, что