из бритв Резчика. За два дня перед тем, как сесть на Олд Спарки,
  она позвала меня и сказала, что видела во сне своего африканского
  духовного отца. Он велел ей отказаться от ее рабской фамилии и умереть
  под свободной фамилией Матуоми. Ее просьба была такова зачитать ей
  смертный приговор под фамилией Беверли Матуоми. Почему-то ее духовный
  отец не дал ей имени, во всяком случае она его не назвала. Я ответил,
  что, конечно, тут нет проблем. Годы работы в тюрьме научили меня не
  отказывать приговоренным в просьбах, за исключением, конечно, того чего
  действительно нельзя. В случае с Беверли Матуоми это уже не имело
  значения. На следующий день, примерно около трех часов дня, позвонил
  губернатор и заменил ей смертный приговор пожизненным заключением в
  исправительном учреждении для женщин "Травянистая Долина": сплошное
  заключение и никаких развлечений была у нас такая присказка. Я был рад,
  уверяю вас, когда увидел, как круглая попка Бев качнулась влево, а не
  вправо, когда она подошла к столу дежурного.
   Спустя лет тридцать пять, не меньше, я увидел это имя в газете на
  страничке некрологов под фотографией худощавой чернокожей дамы с облаком
  седых волос, в очках со стразами в уголках оправы. Это была Беверли.
  Последние десять лет жизни она провела на свободе, говорилось в
  некрологе, и она, можно сказать, спасла библиотеку небольшого городка
  Рейнз Фолз. Она также преподавала в воскресной школе, и ее любили