. Такой вот американский образ жизни, черт бы
  его побрал. Даже такой великан, как Коффи, может остаться
  незамеченным... Пока, да, пока он не решит убить пару маленьких девочек.
  Маленьких белых девочек.
   - Вы верите в это? - спросил я. Он ласково посмотрел на меня:
   - Иногда.
   Его жена высунулась из кухонного окна, как машинист из кабины
  локомотива, и закричала: "Дети, печенье готово! - Потом обратилась ко
  мне: - Не хотите ли овсяного печенья с изюмом, мистер Эджкум?".
   - Я уверен, что оно превосходно, мадам, но я воздержусь.
   - Ну ладно, - сказала она и исчезла из окна.
   - Вы видели его шрамы? - вдруг спросил Хэммерсмит. Он все еще
  наблюдал за детьми, которые никак не могли оторваться от качелей, даже
  ради овсяного печенья с изюмом.
   - Да. - Я был удивлен, что он тоже заметил. Он увидел мою реакцию и
  засмеялся.
   - Одной из побед защитника было то, что ему удалось заставить Коффи
  снять рубашку и показать свои шрамы присяжным. Обвинитель Джордж
  Петерсон, протестовал как мог, но судья разрешил. Старый Джордж зря
  сотрясал воздух: здешние присяжные не придерживаются всех этих
  психологических бредней о том, что люди, с которыми плохо обращались в
  детстве, просто не могут себя контролировать. Они верят в то, что люди
  всегда за себя отвечают. Я тоже во многом разделяю эту точку зрения...
  Но все равно, эти шрамы были ужасающими. Вы рассмотрели их, Эджкум?
   Я видел Коффи раздетым в душе