ись об него коленом и опрокинув доску
  для игры в нарды на пол. Фишки рассыпались и покатились в разные
  стороны, но ни Дин, ни Харри не обратили на это ни малейшего внимания.
   - Что ты наделал? - закричал Дин. - Ну что ты опять натворил, дубина?
  Перси не ответил. Он молча прошагал мимо стола, приглаживая руками
  волосы. Он прошел через мой кабинет в помещение склада. Вилли Уортон
  ответил за него:
   - Что он сделал, босс Дин? По-моему, просто показал французоиду, что
  смеяться над ним - не очень-то мудро. - Он засмеялся здоровым таким
  смехом деревенского парня - жизнерадостным и глубоким. Мне попадались
  люди (правда, довольно редко), которые выглядели нормальными только
  когда смеялись. Буйный Билл Уортон был как раз из них.
   Я снова обескураженно посмотрел на мышонка. Он все еще дышал, но в
  его усиках застывали капельки крови, и пелена постепенно застилала его
  еще недавно блестящие глазки-бусинки. Брут поднял разноцветную катушку,
  взглянул сначала на нее, а потом на меня. Он был растерян, да и я тоже.
  За спиной Делакруа все еще причитал от горя и ужаса. И дело не только в
  мыши. Перси пробил брешь в защитной броне Делакруа, и теперь весь его
  страх выплескивался наружу. Но Мистер Джинглз оставался в центре его
  переживаний, и слушать это было тяжело.
   - Нет, нет, - снова и снова причитал он между рыданиями и сбивчивыми
  молитвами на ломаном французском. - Нет, нет, бедный Мистер Джинглз, мой
  бедный Мистер Джинглэ, нет,