- Перси, - распорядился я, - нужно, чтобы ты пошел в складское
  помещение и вымыл там пол. А еще лестницу в тоннель. А потом напишешь
  рапорт о прошлой ночи.
   - Очень творческая работа, - заметил Брут, засунув большие пальцы рук
  за ремень и глядя в потолок.
   - Смешные вы ребята, - сказал Перси, однако возражать не стал. Даже
  не указал на очевидное, что пол там мыли уже дважды - как минимум.
  Думаю, он просто обрадовался возможности побыть подальше от нас.
   Я просмотрел рапорт предыдущей смены, не увидел ничего касающегося
  меня, а потом прошел к камере Уортона. Он сидел на койке, обхватив
  руками колени, и улыбался мне широко и неприязненно.
   - Кто к нам идет - большой начальник, - протянул он. - Большой, как
  жизнь, и столь же неприглядный. Ты был бы счастливее по колено в дерьме,
  босс Эджкум. Тебе что, жена задала трепку перед выходом? А?
   - Как дела, Крошка? - спокойно отреагировал я, но в этот момент он
  просто просиял. Он спустил ноги, встал и потянулся. Улыбка его стала
  шире, и неприязни в ней поубавилось.
   - Черт подери, - обрадовался он. - Наконец хоть раз назвал меня
  правильно. Что с тобой, босс Эджкум? Ты заболел или как?
   Нет, не заболел. Я был болен, но Джон Коффи позаботился об этом. Его
  руки не помнят, как завязывают шнурки, если вообще знали, но они умеют
  многое другое. Конечно, умеют.
   - Слушай, друг, - сказал я ему. - Если хочешь быть Крошкой Билли
  вместо Буйного Билла, мне все равно.