были
  открыты, но напоминали стеклянные шарики. Одна рука лежала на груди,
  вторая свесилась с койки, пальцы касались пола.
   - Боже, - проговорил Брут, - от Крошки Билли до Вилли Плаксы - всего
  за один час. Интересно, сколько таблеток морфина Дин положил в этот
  тоник? - Достаточно. - Мой голос слегка задрожал. Брут этого мог и не
  заметить, но я услышал. - Пошли.
   - Ты не хочешь подождать, пока этот красавчик отключится?
   - Он уже отключился, Брути. Он просто слишком под кайфом, чтобы
  закрыть глаза.
   - Ты начальник, тебе виднее. - Он оглянулся, ища Харри, но Харри был
  уже рядом. Дин сидел прямо за столом дежурного, перетасовывая колоду
  карт так сильно и быстро, что было странно, что они не загораются, при
  каждом перехвате колоды бросая взгляд налево, на мой кабинет. Следя за
  Перси.
   - Уже пора? - спросил Харри. Его длинное лошадиное лицо казалось
  очень бледным над синей форменной блузой, но вид у него был решительный.
   - Да. Если мы хотим успеть, то пора. Харри перекрестился и поцеловал
  большой палец. Потом отправился в смирительную комнату, открыл ее и
  вернулся со смирительной рубашкой. Он подал ее Бруту. Мы втроем прошли
  по Зеленой Миле. Коффи у двери своей камеры проводил нас взглядом и не
  сказал ни слова. Когда мы дошли до стола дежурного, Брут спрятал рубашку
  за спину, что при его комплекции было довольно легко.
   - Повезло, - сказал Дин. Он был так же бледен, как и Харри, но и
  столь же решителен.