а и рванулся. Он хотел бежать, но Харри схватил
  его за плечи, и получился лишь рывок.
   - Отпустите меня? - закричал Перси, пытаясь вырваться из рук Харри,
  но тщетно. Харри был тяжелее фунтов на сто, и мускулы у него, как у
  лесоруба, однако у Перси хватило сил протащить Харри почти до середины
  комнаты и смять неприятный зеленый ковер, который я все собирался
  заменить. На секунду я даже подумал, что он вырвет Харри руку, ведь
  страх может прибавить сил.
   - Успокойся, Перси, - сказал я. - Будет легче, если...
   - Перестань успокаивать меня, невежа, - завопил Перси, дергая плечами
  и пытаясь высвободить руки. - Оставьте меня! Все! Я знаю людей! Больших
  людей! Если вы не перестанете, вам всем придется отправиться в Южную
  Каролину за тарелкой супа на общественной кухне!
   Он опять рванулся вперед и ударил бедром по моему столу. Книга,
  которую он читал - "Уход за душевнобольными в лечебницах", подскочила, и
  из нее выпала спрятанная внутри маленькая брошюрка. Неудивительно, что
  Перси глядел виновато, когда мы вошли. Это были не "Последние дни Содома
  и Гоморры", а книжечка, которую мы иногда давали сексуально озабоченным
  узникам за хорошее поведение. Я уже упоминал о ней, по-моему, маленькая
  книжечка комиксов, где Олив Ойл спала со всеми, кроме малыша Свит Пи.
   Мне показалось печальным, что Перси в моем кабинете изучал такую
  примитивную порнушку, Харри тоже глядел с отвращением, насколько я мог
  видеть его из-за напряженного