, но я представил, что, если бы он хоть раз
  зазвонил, я испытал бы такое же облегчение, как тогда, когда Брут убрал
  руку Уортона от человека, возвышающегося рядом со мной. Глаза Коффи
  сразу потухли, словно выключили свет, горевший изнутри, - Ложись, Билли,
  - сказал Брут. - Отдохни. - Так обычно я успокаивал ребят, но сейчас я
  не возражал, чтобы Брут говорил моими словами.
   - Может, и лягу, - согласился Уортон. Он отступил, покачнулся, чуть
  не опрокинулся, но в последнюю секунду удержал равновесие. - О Боже, вся
  комната качается. Словно я пьян.
   Оч сделал шаг к койке, не спуская мутных глаз с Коффи.
   - Негры должны иметь свой электростул, - заявил он. Потом его колени
  подогнулись, и он плюхнулся на койку. Еще до того, как голова коснулась
  тонкой тюремной подушки, Уортон захрапел, темно-синие тени проступили у
  него под глазами, а кончик языка высунулся наружу.
   - Боже, как он сумел подняться с таким количеством наркотиков?
  прошептал Дин - Неважно, теперь он готов. Если опять начнет, дай ему еще
  таблетку в стакане воды. Но не больше одной. Нам не нужно его убивать -
  Говори за себя, - проворчал Брут и подозрительно посмотрел на Уортона. -
  Таких обезьян нельзя убить наркотиками. Они от них расцветают - Он -
  плохой человек, - повторил Коффи, но на этот раз более низким голосом,
  словно был не очень уверен в том, что говорит.
   - Правильно, - согласился Брут. - Самый подлый. Но теперь он нам не
  нужен, танцевать с ним танго мы не