воздух из глубин ее
  легких. Пару секунд мы слышали только это, а потом пол закачался под
  ногами и весь дом содрогнулся. Я не придумал, все это почувствовали и
  потом рассказали. Словно пульсирующий тяжелый удар. Вслед за ним
  раздался звук падения чего-то тяжелого, как оказалось позже, в холле
  упали старинные дедовы часы. Хэл Мурс пытался их починить, но они так
  никогда и не стали ходить.
   После этого вскоре раздался треск, послышался звон осыпающегося
  стекла: разбилась часть окна, через которую заглядывала луна. Картина на
  стене - клипер, рассекающий волны одного из семи морей, - соскочила с
  крюка, ударилась об пол, стекло раскололось вдребезги.
   Я почувствовал запах паленого и увидел дымок, поднимающийся с одеяла,
  под которым лежала она. Часть его вокруг дрожащей правой ноги почернела.
  Словно во сне, я стряхнул руку Мурса и шагнул к ночному столику. Там в
  окружении четырех баночек с лекарствами, упавшими, когда все затряслось,
  стоял стакан с водой. Я взял его и вылил воду на дымящееся место.
  Послышалось шипение.
   Джон Коффи продолжал целовать ее долго и страстно, все вдыхая и
  вдыхая, отставив одну руку в сторону, а второй упираясь в кровать,
  поддерживая свой огромный вес. Пальцы были расставлены, и рука
  напоминала мне коричневую морскую звезду.
   Внезапно ее спина изогнулась. Одна рука повисла в воздухе, пальцы
  судорожно сжимались и разжимались. Ноги барабанили по кровати. Потом
  раздался