брюки, я подумал, что в словах Брута есть смысл. И надеялся,
  в общем-то, что он окажется прав. Джон Коффи не заслужил смерти вообще,
  если я прав в своих рассуждениях о дочерях Деттерик, но если он все-таки
  умрет, то пусть уж лучше не от моей руки. Я не был уверен, что смогу
  поднять руку и сделать это, когда потребуется.
   - Пошли, - произнес Харри из темноты. - А то уже поздно. Давайте
  закончим это дело.
   Когда мы шли назад к грузовику, до меня вдруг дошло, что мы оставили
  Джона совсем одного, - глупость на уровне Перси Уэтмора. Я подумал, что
  он мог уйти, мог выплюнуть мошек как только увидел, что его не охраняют,
  а потом просто рвануть на волю, как Гек и Джим по реке. И останется нам
  только одеяло, в которое он заворачивался.
   Но Коффи сидел, все так же прислонившись к кабине и положив руки на
  колени. Он поднял лицо на звук наших шагов и попытался улыбнуться.
  Улыбка на секунду осветила его изможденное лицо, а потом погасла.
   - Как ты себя чувствуешь, Джон-Великан? - спросил Брут, забираясь
  назад в кузов и снова закутываясь в одеяло.
   - Нормально, босс, - произнес Джон бесцветно. - Все нормально.
   Брут похлопал его по колену.
   - Мы скоро вернемся. А когда все уладим - понимаешь? - я прослежу,
  чтобы тебе дали большую чашку горячего кофе. С сахаром и сливками.
   Да уж точно, подумал я, обходя грузовик и забираясь в кабину. Если
  только нас самих сначала не арестуют и не бросят за решетку.
   Но я жил с этой мыслью с той