ет "аут". Исключая убийство, мы не знали способа заставить Перси
  соблюдать условия сделки, даже если он будет далеко от нас и начнет
  получать то, чего желал.
   Я скосил глаза на Брута и понял, что он тоже это знает. Я не
  удивился. Брутуса, сына миссис Ховелл, не проведешь. Он всегда был
  таким. Он слегка дернул плечом, одним плечом - поднял на сантиметр и
  опустил, но этого было достаточно. "Ну и что? - сказало это движение. -
  Что дальше. Пол? Мы сделали, что должны были, и сделали, как могли,
  хорошо".
   Да, результаты неплохие.
   Харри расстегнул последнюю застежку. С гримасой отвращения и гнева
  Перси сорвал рубашку, и она упала у его ног. Он не смотрел ни на кого из
  нас.
   - Верните мне пистолет и дубинку, - сказал он. Я протянул их ему. Он
  положил пистолет в кобуру и засунул дубинку в петлю.
   - Перси, если ты подумаешь об этом...
   - Я как раз собираюсь, - бросил он, проходя мимо меня. - Я собираюсь
  очень хорошо об всем подумать. И начну прямо сейчас. По дороге домой. А
  один из вас отметит меня в конце смены. - Он подошел к двери
  смирительной комнаты и обернулся, одарив нас подозрительным взглядом, в
  котором сквозили злость и смущение: ужасное сочетание для наших дурацких
  надежд на то, что Перси сохранит тайну. - Если, конечно, вы не захотите
  объяснять, почему я ушел так рано.
   Он вышел из комнаты и зашагал вверх по Зеленой Миле, забыв в волнении
  о том, почему этот коридор с зеленым полом такой широкий.