втиснулся лицом между центральными прутьями, что, казалось, хочет
  просунуть всю голову. Конечно же, это было невозможно, но выглядело
  именно так. Его правая рука нащупала затылок Перси, обвилась вокруг шеи
  и потянула голову к себе. Перси ударил дубинкой между прутьев и попал
  Джону в висок. Потекла кровь, но Джон не замечал этого. Он прижался
  губами ко рту Перси. Я услышал свистящий шум - звук выдоха, словно долго
  сдерживаемое дыхание. Перси дергался, как рыба на крючке, пытаясь
  освободиться, но не тут-то было. Рука Джона прижимала его затылок очень
  крепко. Их лица слились, как лица любовников, страстно целующихся через
  решетку.
   Перси закричал - звук был приглушенный, словно сквозь ленту, - и
  сделал еще одну попытку освободиться. На секунду их губы разъединились,
  и я увидел черный кружащийся поток, перетекающий из Джона Коффи в Перси
  Уэтмора. То, что не попадало через искривленный рот, заходило через
  ноздри Перси. Потом рука на затылке опять напряглась, и губы Перси снова
  прижались к губам Джона Коффи, он был словно приколот к нему.
   Левая рука Перси разжалась. Его драгоценная деревянная дубинка упала
  на зеленый линолеум. Он больше ее не поднял.
   Я пытался рвануться вперед, наверное даже рванулся, но движения мои
  были слабыми и неуверенными. Я схватился за пистолет, но кобура была
  крепко застегнута, и мне не сразу удалось его вытащить. Под ногами у
  меня словно закачался пол, точно так же, как в спальне