озь которую проходил мышонок, была тонкая
  стальная сетка, через которую и муха бы не пролетела. - Как он попадает
  внутрь? Как выходит?
   - Не знаю, - пожал я плечами.
   - Но ведь он пролез сюда, так? Я хочу сказать, что мы трое его
  видели. - Да, прямо под дверью. Ему пришлось протискиваться, но он
  пролез.
   - Боже, - произнес Брут, и слово это прозвучало странно в устах
  такого громадного человека, - как хорошо, что заключенные не могут
  становиться такими маленькими, правда?
   - Да уж, верно, - сказал я, пробегая глазами по ткани на стенках в
  последний раз в поисках дырочки, трещины, чего угодно. Ничего. - Ладно,
  пошли.
   Вилли-Пароход появился снова через три дня, когда дежурил Харри
  Тервиллиджер. Перси тоже дежурил, и прогнал мышь назад той самой
  шваброй, которой чуть не воспользовался Дин.
   Грызун легко удрал от Перси и победно залез в щель под дверью
  смирительной комнаты. С громким воплем Перси открыл дверь и вывалил
  снова весь хлам. Харри рассказывал, что это было одновременно и смешно,
  и страшно. Перси орал, что поймает эту проклятую мышь и оторвет ей
  голову, но, естественно, не поймал. Потный и взлохмаченный, с выбившейся
  сзади рубашкой, он вернулся к столу дежурного через полчаса, отбрасывая
  волосы со лба и говоря Харри (который молча читал во время всего этого
  гвалта), что прикрепит полоску звукоизоляции под дверь, - это решит
  проблему грызунов, заявил он.
   - Это ты здорово