сто испугался, ведь наша
  работа в блоке "Г" заключалась в том, чтобы свести шум к минимуму, а шум
  и Перси были неразлучны. Работа вместе с ним напоминала работу сапера,
  пытающегося обезвредить бомбу, в то время как кто-то стоит у него за
  спиной и все время бьет в тарелки. Словом, ужасно. Дин сказал, что этот
  ужас он увидел в глазах Арлена Биттербока... И даже в глазах Президента,
  хотя этот господин обычно оставался спокоен, как катафалк.
   Но дело не только в этом. Просто Дин уже начал привыкать к мыши. Не
  то чтобы считал ее другом, нет, но она стала частью жизни в блоке.
  Поэтому Перси был неправ и в том, что сделал, и в том, что пытался
  сделать. И то, что Перси никогда не смог бы понять, почему он неправ,
  прекрасно свидетельствовало о его полной непригодности выполнять эту
  работу.
   Когда Дин дошел до конца коридора, он уже успокоился и сообразил, как
  лучше уладить дело. Единственное, чего Перси не мог выносить, так это
  когда попадал в глупое положение, и мы все это знали.
   - Что, следопыт, опять сбился со следа? - сказал он, слегка улыбаясь,
  подшучивая над Перси.
   Перси смерил его презрительным взглядом и отбросил волосы со лба.
   - Выбирай выражения, очкарик. Не видишь, я злой. Как бы не стало
  хуже. - Значит, опять перестановка, да? - Дин оставался серьезным... Но
  - глаза его смеялись. - Ладно, когда все вытащишь, помой, пожалуйста,
  пол. Перси посмотрел на дверь. Взглянул на ключи. Подумал о еще одних
  долгих,