олго до начала всех событий.
   - Лучше, если ты станешь относиться к этому месту, как к
  реанимационной палате, - продолжал Дин, - самое лучшее здесь - тишина...
   - Я считаю, что это параша с мочой, где надо топить крыс, - заявил
  Перси, - вот и все. А теперь, пусти.
   Он вырвал руку, прошел между Дином и Биллом и зашагал по коридору,
  опустив голову. Он прошел слишком близко к решетке Президента - так
  близко.
   Что этот Фландерс мог дотянуться и схватить его, а может, отколотить
  своей знаменитой деревянной дубинкой, если бы Фландерс был человеком
  такого плана. Но он, конечно, был не из тех, а вот Вождь, наверное,
  таков. Вождь не упустил бы случая отколошматить Перси, хотя бы для того,
  чтобы проучить. Об этом сказал мне Дин, когда на следующий день
  рассказывал всю эту историю, и я помню его слова до сих пор, потому что
  они оказались пророческими.
   - Уэтмор не понимает, что у него нет над ними никакой власти, -
  сказал Дин. - Что бы он ни делал, хуже уже им не будет, казнить их можно
  только раз. Пока он сам этого не поймет, он опасен и для окружающих, и
  для самого себя.
   Перси вошел в мой кабинет и захлопнул за собой дверь.
   - Все я да я, - проговорил Билл Додж, - как надутое вонючее яйцо.
   - Ты не знаешь и половины, - заметил Дин.
   - Ну, давай посмотрим с лучшей стороны. - Билл всегда предлагал
  посмотреть с лучшей стороны и так надоел, что хотелось щелкнуть его по
  носу, когда он произносил эти