ти слова. - Твоя умная мышь все равно ведь
  удрала.
   - Да, но больше мы ее не увидим, - сказал Дин. - Представляю, как
  перепугал ее этот проклятый Перси Уэтмор.
  
  Глава 3
  
   Это было логично, но неверно. Мышь вернулась на следующий вечер, как
  раз в первую из двух ночей, когда Перси не дежурил, а потом его перевели
  в ночную смену.
   Вилли-Пароход появился около семи вечера. Я дежурил и видел, как он
  пришел, со мной были Дин и Харри Тервиллиджер. Харри сидел за столом.
  Вообще-то мое дежурство было днем, но я оставался, чтобы провести время
  с Вождем, чей час уже приближался. Биттербак внешне держался стойко, как
  полагается людям его племени, но я видел: в нем поднимается страх перед
  грядущим концом, как отравленный цветок. Поэтому мы разговаривали. С
  ними можно поговорить и днем, но днем плохо: крики, разговоры (не говоря
  уже о периодических драках), доносящиеся с прогулочного дворика,
  размеренный лязг печатных станков в типографии, редкие крики охранников
  с приказом поднять или убрать что-либо, а то и просто: "Пойди сюда,
  дерьмовый Харви". После четырех становится получше, а после шести все
  затихает. С шести до восьми самое лучшее время. В это время в их головах
  снова появляются глубокие мысли, словно вечерние тени (это видно по
  глазам), и тогда лучше замолчать. Они еще слушают, что им говорят, но
  смысл ваших речей уже не доходит. После восьми они готовятся и
  представляют, как будет сидеть на голове шлем и